Пророчество Владимира Семеновича Высоцкого

...Чур меня самого!
Наважденье, знакомое что-то:
Неродящий пустырь
И сплошное ничто — беспредел.
И среди ничего
возвышались литые ворота,
И этап-богатырь —
тысяч пять — на коленках сидел.

Как ржанёт коренник —
я смирил его даром овсовым,
Да репей из мочал
еле выдрал, и гриву заплёл.
Пётр-апостол, старик,
что-то долго возился с засовом —
И кряхтел и ворчал,
и не смог отворить — и ушёл.

Тот огромный этап
не издал ни единого стона,
Лишь на корточки вдруг
с онемевших колен пересел.
Вот следы пёсьих лап...
Да не рай это вовсе, а зона!
Всё вернулось на круг,
и распятый над кругом висел.

Мы с конями глядим:
вот уж истинно — зона всем зонам.
Хлебный дух из ворот —
это крепче, чем руки вязать!
Я пока невредим,
но и я нахлебался озоном,
Лепоты полон рот,
и ругательства трудно сказать.

Засучив рукава,
пролетели две тени в зелёном,
С криком: «В рельсу стучи!» —
пропорхнули на крыльях бичи.
Там малина, братва, —
нас встречают малиновым звоном!
Нет, звенели ключи...
Это к нам подбирали ключи.

Источник: http://vysotskiy-lit.ru/vysotskiy/stihi-varianty/323.htm

Седовласый старик — он на стражу кричал-комиссарил,
Прибежали с ключом и затеяли вновь отворять...
Кто-то ржавым болтом, поднатужась, об рельсу ударил —
И как ринутся все в распрекрасную ту благодать!

Источник: http://vysotskiy-lit.ru/vysotskiy/stihi-varianty/323.htm